Присвоение городского пространства. Часть вторая

Путеводитель по Петербургу (продолжение)

JapanShop («Только нужные вещи»)
Не все японские товары хороши (никто, никто не может быть идеальным на 100%, даже целая страна). И не все они соответствуют ожиданиям (но если превосходят, то по полной программе, конечно).
В этих товарах обычно даже нет ничего специфически японского. Всё это заимствовано у Запада, и можно легко раздобыть европейский прототип, чья история заодно будет уходить корнями вглубь («культурное донорство» Китая несколько подпорчено «культурной» же революцией, но и туда заглянуть можно). Но японские вещи всё равно будут какими-то совсем другими, пусть и легко узнаваемыми. Тут дело и в ощущениях, и в личном отношении к японской культуре (не только материальной), и в том самом качестве, которого если и не достигают, то хотя бы стремятся достичь (а это обычно заметно).
И есть ещё одна опция. Не только сами японские марки год за годом производят для внутреннего рынка то, что не собираются продавать где-либо ещё (тамагочи с цветными дисплеями какие-нибудь), но и известные мировые бренды очень любят выпускать что-нибудь специально для Японии. И вопрос не в том, что для внутреннего рынка делается что-то более качественное, нет. Оно абсолютно такое же (то есть легенды врут). Но изделие может оказаться синим. Или с сапфировым стеклом (но лучше, конечно, когда и то и другое). И больше такого ни в какой Европе или даже США не будет, пользуйтесь зелёным. А хочется-то синего. Или как для детей, но в расцветках для взрослых (маленькие швейцарские фляжки Sigg по всей Европе украшены мишками и зайчиками, а в Японии это вполне себе взрослый объём, без лишнего орнамента). Или термокружки Stanley, чей дизайн в Стране восходящего солнца вообще другой.
А ещё радости от всех этих вещей почему-то всегда больше, чем от любого европейского аналога. И метод пробок и ошибок помогает выявить то, с чем от радости вообще деваться некуда. Но поскольку доступно не всё и сразу (причины бывают разные), иногда обращаешься к посредникам. Не ко всем подряд. Например, по ним должно быть видно, что они тоже интересуются Японией, а не просто любят продавать всякое Made in Japan. И номер страницы в результатах поиска Googl’а, конечно, важен. И оригинальность текстов в разделе с отзывами заодно.
Но в первый раз всё равно рискуешь. Хорошо, что хотя бы не ты один, а ещё и магазин, который вызвался тебе помочь.

У JapanShop’а есть сайт, но группа во вКонтакте интереснее и живее. Есть доставка курьером и почтой (но я всегда предпочитала забирать лично). Есть постоянный ассортимент и есть список ссылок на японские тырнет-магазины со всяким люксом, но этим дело не ограничивается. Тут можно заказывать своё (а когда про меня всё стало понятно, то ещё и без предоплаты). Искать, находить, самостоятельно сравнивать цены, а потом давать ссылку, не забывая добавить «пожалуйста» и «спасибо».
Я не хотела бы жить в Японии: я достаточно хорошо знакома с её культурой. Мне комфортнее любить её на расстоянии. И пользоваться вещами, которые в Японии изготавливают. Потреблять — так хотя бы то, что действительно нравится, а не то, что дают. Началось всё с кистей Chikuhodo. А потом я уже покупала нужное и лишнее, каваии и не очень, полезное в хозяйстве и то, что просто хотелось потрогать руками и назвать своим. Шампуни, чехлы для кистей и перьевых ручек, карандаши Irojiten, лимитированные Midori, дорогостоящие изделия с уруси, маки-э и мозаикой из перламутра (так называемые колониальные товары), нендороиды из Amazon’а, моти… Плитки Meiji с маття и клубникой и новогодние тирольские шоколадки, чтобы разносить под Рождество всем, кто был мимими в уходящем году. Глазные капли и витамины, если уж на то пошло (а одна биологически-активная добавка была так активна, что в итоге я смогла отказаться от мучного и сладкого, на чём потеряла 20 кэгэ живого веса; даже если это был эффект плацебо, это был лучший эффект из тех, что я встречала). И даже легендарные щипцы Shu Uemura, которыми я в итоге не пользуюсь. В общем, всё, кроме недвижимости, мебели и антиквариата. И кроме бытовой химии. Потому что для неё придуманы другие магазины.
И как-то так получилось, что покупками дело не ограничилось. Потому что пока ищешь, с чем бы ещё выгодно выделиться из толпы, узнаёшь очень много о японской культуре вообще. Пока лазаешь по интернет-магазинам, запоминаешь иероглифы. Не специально. Просто что-то повторяется. Начинаешь понимать логику японских сайтов (она у них чуть-чуть другая, чуть-чуть). Лезешь в Википедию, чтобы уточнить про зиму на Хоккайдо и тяваны. А потом переходишь от статьи к статье, потому что нельзя просто так уйти из Википедии, какими бы ни были до этого ваши планы на ближайшее будущее.
И самое главное: в процессе становится понятно, что предпочитают сами японцы. Что разочаровывает их в покупке, что они оценивают на пять звёзд и что выкладывают в Instagram. И это не всегда те самые японские товары, на которых свет клином сошёлся, потому что превосходство их очевидно. Нет, там часто срабатывает другая «легенда», западная. Но всё это интересно, и очень часто подтверждает то, с чем уже приходилось сталкиваться, но только в теории. Так что за несколько лет общения с JapanShop’ом я узнала больше, чем за все предшествующие годы увлечения японской культурой. И научилась разбираться в моти. Это, я считаю, вообще важнее всего.
В. О., Морская набережная, 15
japanshop.spb.ru

Comme des Garçons St. Petersburg («Одеть и надеть»)
Даже не знаю, как оно так получилось. Может, потому что эту часть Невского я люблю, и здание мне нравится (и у него такие большие-большие прямоугольные окна, которые то в горошек, то в крапинку; в чёрную крапинку, обычно в чёрную; а это не только весело, но и всё ещё красиво). Может, просто внутри хорошо: светло, тепло и уже прямо на входе лежат знакомые вещи (а что творится в глубине зала — о! а! ы! но я пока столько не зарабатываю). Но Comme des Garçons — это первый бутик, в который я осмелилась прийти в полном одиночестве. Да, я взяла там только тельняшку, зато в оливковую полосочку, а вовсе даже не в синюю или красную, как принято (иди против системы, не будь таким, как все). И не в горошек. Хотя в горошек — это уже не тельняшка. И от неё, от этой полосатой хлопковой футболочки, так пахло чем-то цветочным и деревянным, что дело дошло даже до EDP во флаконе, который только и умеет, что красиво лежать и отсвечивать, зато изнутри пахнет как бы ещё и японскими чернилами (как по мне, так это смесь sumi и того, что кладут в стержни для шариковых ручек). А все знают, как сильно я люблю японские чернила. И я наконец-то после этого поняла, почему все эти годы про остальные мои EDT и EDP окружающие спрашивали, что это на мне за Comme des Garçons, хотя это всегда было что-то другое: просто у меня с самого начала была предрасположенность.
И когда я вырасту и стану богатой, красивой и знаменитой (и не исключено, что ещё и умной), обязательно куплю себе там платье. Потому что я уже умею носить платья. Вот вернусь в Петербург — и куплю. А пока обойдусь разноцветными тельняшечками, которые хороши в любую погоду и уместны практически в любой ситуации (не всякое платье так может), какого бы цвета они ни были, и какой бы величины ни красовалось на них сердечко.
Невский проспект, 156
comme-des-garcons.spb.ru

Ketch Up Burgers («Сырое и приготовленное»)
Чтобы быть в форме, необходимо придерживаться какой-нибудь диеты и вообще питаться правильно (а ещё физические нагрузки: говорят, они тоже помогают). Чтобы в процессе не сойти с ума, можно время от времени позволять себе бургер. Чтобы договориться с совестью, следует брать бургер в салатном листе вместо булочки с кунжутом. Чтобы не разочароваться в бургере, листе и картошке фри к ним обоим, можно заглянуть в Ketch Up Burgers (ведь чтобы не пересолить и не пережарить котлету, не пересушить булочку и не добавить лишних оливок, оказывается, нужен талант). А чтобы случайно не разочаровать окружающих, можно взять еду на вынос.
А ещё можно прийти в Ketch Up, скажем, на свидание. Но не на то первое свидание, которое самое первое, когда ещё хочется произвести хорошее впечатление и быть одним сплошным обещанием или мечтой поэта, а на то, где уже примерно понятно, к чему всё идёт. Ведь если вы не постесняетесь друг при друге есть бургер руками и даже случайно испачкаться (хотя правильнее не «случайно», а «неизбежно»), вас, немаловероятно, ждёт счастливое совместное будущее. Потому что смело и весело пачкаться можно только в компании тех, кому мы по-настоящему доверяем.
Ketch Up’ы встречаются и в других районах города, но на Литейном есть «Подписные издания», а от них обычно далеко не уйти. И ещё они все немножечко разные, хотя и в одном стиле. В интерьере преобладают кирпич, доска, красный цвет и мебель серии Hemnes. Музыка не слишком громкая, официанты симпатичные, стулья удобные, подстаканники классические. В меню прекрасен практически каждый пункт, хотя лично мне больше всего нравятся бургеры (все) и лимонады в банках из-под варенья (почти все).
Литейный проспект, 59
ketchupburgers.ru

Au Pont Rouge («Только нужные вещи»)
Как универмаг Au Pont Rouge называется, там он и находится: у Красного моста.
Семь этажей в стиле модерн были возведены в 1907 году на месте училища для глухонемых по проекту петербургских архитекторов Липского и де Рошефора (и если вам кажется, что всё это чем-то неуловимо напоминает зингеровское здание на Невском, то не зря: вдохновлялись и не скрывали этого), по заказу бельгийско-австрийской торговой компании «С. Эсдерс и К. Схейфальс», занимавшейся продажей готового и не готового платья (как женского, так и мужского) в других крупных европейских городах. Про Карла Схейфальса, нидерландского племянника и делового партнёра Эсдерса, почти ничего не известно. Зато сам Эсдерс не только основал успешную торговую компанию и текстильный завод в Брюсселе (с филиалами в Берлине, Париже, Петербурге, Роттердаме и Вене) в содружестве со своим братом Анри, но и придумал выдавать своим сотрудникам премии. Решение довольно революционное и вполне соответствующее духу времени. Ещё в честь Стефана Эсдерса названа площадь в Вене, но не факт, что именно за эти заслуги (просто он ещё много всего мог и умел).
Получился универмаг, первый в своём роде в Петербурге, но не первый у Эсдерса и Схейфальса. В нью-йоркском и одновременно парижском стиле, как того и хотели заказчики. И заодно — как у Золя в «Дамском счастье», только без переживающих по его поводу разоряющихся лавочников (что не сохранилось для истории, того не было).
Первые десять лет у универмага всё шло хорошо. Потом власть сменилась, кружева и манто стали никому не нужны, и в здании как-то сама собой завелась фабрика по пошиву вещей советского качества имени товарища Володарского (потому что в девичестве товарищ Гольдштейн подрабатывал закройщиком в Филадельфии и даже состоял в интернациональном профсоюзе портных), потом переименованная и преобразованная в «Большевичку», а ещё позже — в FOSP.
Снаружи здание тоже умудрились испортить. Отломали шпиль, он же — жезл Меркурия, покровительствующего торговле (но не та мифология была нужна советскому государству), а потом разобрали световой фонарь, то есть лишили крышу стеклянного купола.
После пяти лет реконструкций и переделок, завершившихся в 2014 году, то и другое было восстановлено. Кадуцей с веночком и змейками (шпиль) — по фотографиям и эскизам, потому что чертежи были утрачены. Но утверждается, что пропорции были соблюдены. Заодно фасадам вернули золочёные надписи на русском и французском, а самим надписям — первоначальную орфографию. То есть внешне всё отреставрировано бережно и тщательно, а не как Летний сад. Вот внутри — уже больше проекты разнообразных дизайнеров, чем реконструкция. И массивные двери теперь открываются сами собой (за сто лет технологии продвинулись, и в этом месте даже видно, куда).
Предполагалась конкуренция с ДЛТ, но результат больше напоминает удачное дополнение, чем соперничество (если бы их удалось совместить, получился бы местный вариант Le Bon Marché). И туристы везде одинаковые. Из Азии.
Формат пока не совсем ясен. Кажется, оно и само ещё не выросло и не определилось (по состоянию на 2018 год). Временами напоминает торгово-развлекательный комплекс на окраине, но со сплошным люксом вместо турецкого трикотажа. Временами не напоминает. Или смахивает на какое-то креативное пространство: то парикмахерская, то кафе, то книжки, то дизайнерский свитер, а лучше — значок. И всё это можно называть pop-up stor’ами, вещи в которых могут быть сколь угодно дорогими, но принцип их организации уводит ассоциации не туда. В ДЛТ проще: набор определённых брендов с предсказуемыми ценниками, заученные фразы консультантов, шумная Малая Конюшенная и грохочущий Невский за углом. Зато в Au Pont Rouge спокойнее (и вы практически избавлены от чьего-либо внимания, что позволяет чувствовать себя вполне естественно), и пока ещё есть возможность для экспериментов. Сюда можно просто заглядывать, чтобы быть в курсе. Или приходить ради еды и лимонадов. И тишины. И ради какой-нибудь вещи, которая тут внезапно оказалась.
Тут можно даже представлять, что вы во Франции. С некоторым усилием, но можно. Тем более что из всех зданий голландско-бельгийской компании (она же — бельгийско-австрийская) выжило всего два, и второе — как раз в Париже. А ещё Esders et Scheefhals — очень про то, что когда-то Петербург был куда больше Европой, чем сейчас.
Здесь много места и ярких красок, мало лишних звуков, огромные окна с видом на Мойку, цветочный магазин, высокие потолки и задумчиво проходящие мимо вас азиатские девушки в безразмерных куртках или шерстяных пальто (в зависимости от сезона) и белых кроссовках (вне зависимости от сезона) и люди, уверенной походкой направляющиеся куда-то вглубь зала, словно они знают о Pont Rouge что-то ещё.

Прямо на входе — корнер в горошек, где у Comme des Garçons представлена линейка Play. Не вся. Только самые ходовые цвета (синий и красный) и самые понятные парфюмы. Поэтому для полного погружения лучше сразу использовать бутик на Невском.
Слева, развивая тему мальчиков, расположилась кондитерская Garçon. Вокруг неё выставлены французские чаи Mariage Frères, которые на Востоке принято ценить куда больше, чем на Западе. В количестве, достаточном для ознакомления, но не погружения, и больше какими-то подарочными наборами, зато они тут есть. Не исключено, что чай Kusmi смотрелся бы на его месте гармоничнее: тут вам и Исаакиевский собор с Медным всадником на упаковке, и эмиграция с революцией в анамнезе, и семья Романовых в названиях, и матрёшки на банках… Но не тот турист, который нужен, интересуется этим чаем; а тема преемственности уже не так волнует нашу буржуазию, как прежде. Да и вкус у Mariage поинтереснее будет. В самом Garçon’е — марьяжевские чайники и, кажется, сам чай. Но он так бледен, что уверенности нет. Чай, заваренный крепче, лучше всего идёт под канеле, но его-то как раз в Garçon’е и не делают. За этим (вслед за японскими и южнокорейскими поклонниками MF) лучше сразу идти в Paul. Не беда, что в Петербурге эта сеть вообще не представлена, а в Москве её франшизой занимается почему-то сразу Ginza (в европейской реальности это что-то среднее между Garçon’ом и «Буше», то есть всё несколько проще).
Зато в Garçon’е есть сырники, которые можно получить не только на завтрак. И это в нём надо ценить. Потому что тут — в отличие от большинства заведений Петербурга — понимают, что утро у жителя современного мегаполиса может начаться и после обеда. Хотя куда важнее то, что пирожное макарон тут называют словом «макарон». Такое дают только во Франции и в словаре.
Всё прочее разнообразно и удивительно: какие-то очки, что-то канцтоварное, календари с видами Петербурга, обязательный Gosha Rubchinskiy, немножко Sonia Rykiel, Bao Bao и прочий японский дизайн, часы «Ракета» и зачем-то Arny Praht.
Встречаются журналы от Lebigmag, собирающих и поставляющих в Россию зарубежную прессу о моде, культуре и девушках в трико (то есть всё самое известное, от Vogue US до Cereal и чего-нибудь совсем малотиражного).
На втором этаже расположился Эрмитажный магазин с двумя видами сувениров: китайскими, имени импрессионистов (но так сейчас везде), и не китайскими (то есть из бронзы или искусственного мрамора), но подороже. И с книгами. Не великими, зато большими, красочными и об искусстве. И поскольку искусство не знает границ и условностей, не обязательно в переводе на русский. Когда-то тут была Cosmotheca с чудесным роботом, собиравшим заказы посетителей, и зубными пастами на любой вкус. Но сначала там перестали продавать мыло The Laundress, которое пахло песочным печеньем с грецкими орехами, а потом исчезло и всё остальное. Зато осталось пространство из молочно-белого стекла, придуманное гонконгским дизайнерским бюро с по-икеевски непроизносимым названием Cheungvogl, где блуждаешь, как ёжик в тумане, и натыкаешься то на кроссовки, то на кофейню, то на столовые принадлежности, то на вышеупомянутые книги.
Над бывшей Cosmothec’ой — Y-3 и Kenzo. Ещё выше — вечный сейл. Этажи открываются постепенно, так что должен быть ещё и ресторан. С видом, конечно же.
Набережная реки Мойки, 73
aupontrouge.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *